Урароринг

Первым делом важные новости. Высказанные недавно Хуан-Пабло Монтойей ценные размышления о судьбах Формулы-1 получили поддержку другого столпа мирового автоспорта, Дженсона Баттона, хотя он […]

Первым делом важные новости. Высказанные недавно Хуан-Пабло Монтойей ценные размышления о судьбах Формулы-1 получили поддержку другого столпа мирового автоспорта, Дженсона Баттона, хотя он и признался, что никогда не думал, что с этим типом в чем-то можно согласиться. Идея Мони оторвать с нынешних болидов к такой-то матери все эти маленькие штучки с проводками пришлась Дженсону по душе. Авось тогда хоть в следующий раз до боксов толкать будет легче, а то на пыхтения Фернанды в субботу смотрел, аж сердце кровью обливалось.

Кстати, чтоб с колумбийскими делами на этот раз долго не зависать, сразу сообщим, что помимо обострившейся заботы о счастье болельщиков Ф1, Палыч неуклонно продолжает свое не имеющее аналогов участие в сезоне Индикара. На недавней гонке незнамо где он имел неплохие шансы на пьедестал, и даже некоторое время лидировал, но затем шансы поимели его самого и финишировал Хуан-Пабло то ли одиннадцатым, то ли двенадцатым. И хотя, само собой, он сохранил лидерство в зачете, в этот раз оно все-таки сократилось всего до девяти очков, в виду чего Палыч после гонки ураганил по паддоку в весьма бурном настроении. Оно и понятно, заказанная заранее тарифная опция «Я – лидер сезона» явно начинает подходить к концу, а родня денег, видать, больше не засылает. В оставшиеся пару гонок нашему герою придется попотеть самому.
В общем, после финиша Палыч кипел и дымился, кипятился и дымил, и интервью отважился взять лишь один репортер, но и оно не принесло ясности, кого, как и за что будет сейчас бить Палыч.
Ну ладно, там вся драма еще впереди, а мы обратимся пока к себе, где, казалось бы, совсем уже все ясно, но вот тут-то оказалось, что пусть и совсем чуть-чуть, но все же еще неясно. И сохраняется такая драма стараниями как раз того самого мальчика с пальчиком, на которого многие гнали бочку все эти годы, лишенцы.

Как мы помним из практик и квалификаций, гоночный уик-энд в истинно финно-угорском окружении начинался не столь благодушно. Однако уже с утра воскресенья дух неотвратимо надвигающегося гоночного праздника витал в воздухе и пропитывал собою его будущих героев. Первым из героев не выдержал Фелипе Масса, от волнения промазавший мимо своего места на стартовой решетке. Ну Масяня у нас известно чувствительная личность, душевнее был только Барик. Судьи от волнения за Массу не смогли сразу сообразить, что же теперь делать, и на всякий случай отправили пелетон на новый прогревочный круг. Свежее решение.

Как следует согревшись, пилоты вновь занимают свои места, и Масса уже не решается им снова помешать. Хочешь не хочешь, а пора ехать. Впереди, между прочим, эпическая гонка.

«Гаснут огниии!» раздается традиционный вопль одного лохматого безумца, после чего его опытная напарница возвращается обратно в тесную кабинку, а болиды и впрямь срываются с мест.
Вернее, срываются, да не все. Люся, проводивший до сих пор очередной лучший, по его словам, уик-энд сезона, тронулся с места так, будто он о чем-то глубоко задумался. Однако поскольку думать не является сильной стороной хвостатого чемпиона, то это впечатление, скорее всего, обманчиво.
Разве что недавняя история с Королевской ложей Уимблдона продолжает беспокоить парня. Если кто пропустил, Люся у нас не так давно решил перенять манеры британской аристократии и посетить финал чего-то там по теннису в Уимблдоне. Как принято среди всех уважающих себя принцев, герцогов и прочих сэров-пэров калибром пожиже. И хотя Люся любит повторять о своей природной скромности и трудном, полном лишений детстве на папином диване, присутствовать на матче он счел для себя возможным только в Королевской ложе. И правильно, зря что ли столько уважаемых людей столько лет боролись за права негров, чтобы они теперь ходили на какие-то там простые твердые скамейки рядовых болельщиков? Да повесьте вы там таблички «только для белых» и тьфу на них.
В общем, все бы было хорошо, не оденься Льюис не как принцы и герцоги, а как пародия на джазмена из Чикаго 20-х годов. Интересно, цепь-то золотую догадался снять, или с ней пошел высший свет впечатлять?
А как выяснилось, Королевская ложа относится к тем последним устоям махрового консерватизма, куда в таком виде тебя не пустят, будь ты хоть трижды негром и даже в белой шляпе – явно предмет особой гордости Льюиса.
Короче говоря, получив от ворот поворот, Люся смотрел турнир из какой-то гостевой ложи с довольно убогим кожаным гарнитуром, почти как простой смертный, и по заявлению команды Мерседес, «был очень расстроен этой историей». Ну да, всё за что боролись предки, всё пропало. Никакого уважения.
В общем, кто знает, вдруг опять взгрустнулось неожиданно на старте, а тут огни возьми да и погасни.

В отличии от мартыша, два красных человечка с места сорвались так, будто Лешин стартовый вопль транслировался им непосредственно в шлемы. И если малыша Феттеля и придорожной вывеской пугануть можно, то какая вожжа попала под флегматичный финский хвост, осталось загадкой.
Ладно, надо бы заканчивать со стартом, а то до нового года будем Венгрию описывать. Короче, уже в первый поворот Феттель влетал лидером, а вроде бы неплохо стартовавший Росберг не только упустил шанс возглавить мероприятие на фоне душевных терзаний напарника, но и слил Райкконену, который несся на второе место с отчаянной решимостью человека, ломящегося ранним субботним утром в еще закрытый лабаз за опохмелкой.

После того, как пара Феррари наглым образом оккупирует положенный Мерседесам первый ряд, Люся приходит в себя и начинает беспорядочные метания позади Росберга, что, видать, у него борьбой зовется – ровно то же самое мы видели на предыдущем Гран При Сильверстоуна, особенно на рестарте оного.
Вдоволь подергавшись и попалив покрышки, мартыш закономерно оказывается на обочине, после чего еще более закономерно в эфир сыпятся сопли-вопли насчет козней проклятого напарника. И этот субъект волею судьбы может в этом году сравняться по титулам с Сенной. Порнография как она есть.

К четвертому кругу судьи наконец-то отходят от впечатления первых метров гонки, и для разогреву штрафуют Массу за парковку в неположенном месте.

На десятом круге Риккьярдо, которого только что недобровольно пустил Квят для того, чтобы австралиец поближе подобрался к лидерам, чего он в конце концов и добился, но ровно для того, чтоб пробить Росбергу колесо и усугубить ситуацию в чемпионате, пока что на грани приличия проходит Хюлькенберга. В это же время Люся, оказавшийся в результате своей борьбы за третье место в районе десятого, и теперь уже пыливший обочинами и дымивший покрышками в отчаянной погоне за Филиппком, наконец, того проходит, даром что Масяня мыслями весь в своем таком дурацком штрафе.

Круг 11 – переживающий трудное утро командный мостик Мерседеса нервничает и звонит Росбергу, умоляя его преследовать Райкконена, но не объясняя, зачем оно ему надо. В ответ слышится неожиданный рявк «Не говорите со мной, не отвлекайте меня!». Вот так, где девочка приличная, а где и как Кими может огреть. Боксы в недоумении.

Круг 12 – первый на сегодня обгон в исполнении Люси, похожий на обгон, а не на метания мухи по оконному стеклу – жертвой решительной атаки на прямой падает аж целый Перец. Молодец Хэмильтон, боец-таки, вот всегда готов атаковать и иногда в этом даже есть смысл.

13-й круг – известный, в основном, специалистам Роберто Мери, который, как оказывается, тоже участвует в этой веселой гонке, заезжает в боксы из-за «ослабшего подголовника». Злые журналисты тут же прозвали это самым скучным поводом для пит-стопа за всю историю.
А может, у него голова большая и ему тяжело.
Боттас тоже посещает боксы, после чего невозмутимым образом выезжает непосредственно перед Мальдонадо, подтверждая тем самым подозрение, что каждый финн вполне себе айсмен на голову.

На четырнадцатом круге начатая Рэд Буллом тремя кругами ранее радиодрама на тему «твой напарник быстрее тебя» находит свое продолжение в стане их младшей дочурки. Причем в споре двух папаш более скандальный явно вновь одолел более знаменитого, ибо боксы покорно дают команду Сайнцу-младшему пропустить Ферстаппена-младшего. А то старший уже так достал, сил нету.

Кругом спустя отбыть, наконец, штраф отправляется Фелипе, хотя есть вероятность, что за прошедшие 15 кругов судьи давно про него забыли. Одновременно начинаются первые пит-стопы, причем самый торжественный – в МакЛарене. Ведь Фернандо Алонсо заезжает к ним не просто с улицы, а с почетного, очкового девятого места, поэтому в смене колес наконец-то появляется какой-то смысл и механики работают весело, сообща и с песнями.

В это время две Феррари продолжают непринужденно лететь по трассе, хотя боксы и пытаются держать своих пилотов в напряжении, рассказывая про то, что потенциально-то Хэмильтон все равно быстрее. В ответ Себ сообщает, что он бесконечно доволен своей машиной, и у него вообще отличное настроение и вам его не испортить. Кими молчит, но это нормально.

Круг 18-й – ой-ёй, а Кими-то больше не молчит, Кими сообщает, что от его носа отвалился приличный кусок, и не к дождю ли это. Команда явно не может понять, что именно отвалилось, поэтому успокаивает финна самым доходчивым образом: «Не переживай, что бы это ни было, это совсем маленький кусочек».
«Нет-нет, это был большой кусок» — вопреки распространенному мнению, Райкконен вполне способен общаться со специалистами на должном техническом уровне.
Самые же глазастые утверждают, что этим маленьким большим кусочком оказалась передняя камера. А в таком случае правы, конечно, боксы – сегодня камеры скорее маленькие, чем большие. А большие были, но вчера.

19-й круг – Закон Мальдонадо в действии. Закон этот суров, как российский Минсельхоз и гласит он о том, что любой обгоняемый или обгоняющий объект, неосторожно вошедший в зону притяжения Пастора, при любых условиях подлежит немедленному уничтожению буквально на границе этого самого притяжения, т.е. вылету с трассы.
Объектом в этот раз выступил Серхио Перец, попытавшийся было пройти Лотус по внешней, и отправленный кувырками ровно в тот участок гравия, в котором он разобрался в хлам еще на практиках.
Тем не менее, с Перцем все в порядке, после этого опрометчивого шага он возвращается себе на пятнадцатое место, где и едет, с грустью размышляя о том, как же было здорово в старые времена всю гонку терзать Баттона, причем совершенно безнаказанно.
Кстати, как и любой закон, сила этого подтверждается его же исключениями. Например, уже в начале венгерской гонки некто Квят смог совершенно безнаказанно пройти Мальдонадо, поэтому на что потом рассчитывал еще и Перец, непонятно. Снаряд дважды в одну и ту же воронку, как известно, ну просто никоим образом.
Судьи же радостно потирали руки – это вам не ипохондрик Масяня, которого и наказывать-то жалко, тут уже настоящей работенкой запахло.

На 22-м круге Феррари, вопреки обыкновению, молниеносно обслуживает Райкконена, и тот успевает вылететь обратно перед расстроенным Росбергом. В то же время Люся мельтешит теперь уже за Риккьярдо, и боксы последнего наперебой начинают рассказывать благодарному ВВС о том, как Мерседес британского супер чемпиона сейчас их обгонит, лишний раз намекая на то, какое же это Рено говно. У ВВС впервые со старта текут слюни.

23-й круг – у судей сегодня праздник. Мальдонадо выдан любимый штраф проездом, в то время как другу Грожану удаётся впаять пять секунд за опасный выезд. Работа просто в руках горит.
Люся на Мерседесе мельтешит за Риккьярдо на Рено.

24-й круг – Феттелю мало лидировать в пяти секундах от напарника, он еще и лучший круг отбирает от тужащихся Коли с Люсей. Да, Люся продолжает мельтешить за Риккьярдо. ВВС недоуменно глядит на Хорнера.

25-й круг. Алонсо снова в очках! В команде воодушевление пополам с замешательством. Механики заказывают доставку праздничного торта, а Рон сам себе дарит цветы.
Люся на Мерседесе мельтешит за Риккьярдо на Рено.

26-й круг. Комментаторы начинают говорить о возможной победе Феттеля, и о том, как он увеличил свой отрыв от Райкконена с пяти до шести секунд. А Мальдонадо только что отбыл свой штраф и возвращается на трассу с новыми идеями.
Люся на Мерседесе мельтешит за Риккьярдо на Рено.

27-й круг. Люся на Мерседесе мельтешит за Риккьярдо на Рено. ВВС обиженно уходит от Хорнера.

28-й круг. «Я так близок!» орет, не от радости, не то с перепугу Люся, и его как-то самого по себе проносит мимо Риккьярдо. Тот вредности ради допускает беспредельно позднее торможение, вокруг шум-дым-гам, но перепуганная Люся улепетывает за поворот, добившись к середине гонки четвертого места. После старта с поула.

31-й круг. Комментаторы делают вывод, что у команды МакЛарен сегодня прекрасная гонка. Алонсо уверенно сидит на десятом месте, в то время как Баттон пусть и на двенадцатом, зато обороняется он от Лотуса Грожана. А мог бы от Мальдонадо.

33-й круг. Уау, кричат комментаторы, Хэмильтон поставил сверхсветовое время 1.26.801, что на восемь сотых быстрее показанного кругом ранее Феттелем 1.26.887. Ну трудный у них сегодня день, что поделаешь.

Круг 34. На ровном месте Николая обуяла что-то тоска – Люся отгрызает у того по полторы секунды на круге. В боксах понимают, что напоминать сейчас про преследование Райкконена как-то неуместно.

Круг 35. Комментаторы вновь находят среди себя консенсус, что для МакЛарена гонка складывается все-таки хорошо. Пусть десятое место это не так и много, но точно лучше, чем собственноручно толкать машину в боксы.
Мало того, Алонсо даже увеличил отрыв от Сайнца, с двух до трех секунд! Мощь японских мотористов вырвалась на волю!

36-й круг – боксы Мерседеса не выдерживают и все-таки набирают Росберга. Начальство решает начать издалека, невинным голосом сообщая, что Люся очень скоро переобуется, причем в медиум. Находящийся на пределе Коля немедленно орет в ответ, чтобы ему одели то же самое. На том конце провода некоторое замешательство, но быстро сориентировавшись, боксы выражают готовность нарядить Колю в медиум, но только если тот пообещает хоть немного догнать Райкконена.
Вот как надо с людьми работать.

Круг 41. Ой. Ну вот. Плавное и неторопливое отставание Кими от Себа, вызванное общим разгильдяйством финна, превращается в резкое и безнадежное, вызванное мощностью, вернее, отсутствием оной. Итак, несмотря на все предпосылки, мы опять не увидим на подиуме эту непередаваемую рожу. Ну вот почему оно ломается именно в те моменты, когда Кими соблаговолит быть в форме, и прекрасно работает тогда, когда эта физиономия годится разве что на рекламу алкозетцеров, и глаза б на него не смотрели?
А мимо, гордо задрав нос, проезжает Алонсо…

42-й круг. Пока Райкконен изо всех сил оттягивает неизбежный конец своей машины, камеры едва успевают засечь момент, как Хюлькенберг одним махом убирается в отбойник, оставив над трассой плотную туманность из остатков своего переднего крыла. В это облако немедленно влетает преследовавший немца Квят, из чего следует предположение, что это было что-то вроде дымовой завесы. Квят на трассе все же удержался, а вот что бы было на его месте с впечатлительным Феттелем, даже подумать страшно.

Видимо, рассудив ровно о том же, судьи выпускают пейс-кар, покуда местные таджики сметают с асфальта последние воспоминания о победителе Ле-Мана. Лишний раз хочется отметить, что современная Формула-1 дошла в своем развитии до такого количества электроники и всяких датчиков, что даже далекий во всех отношениях Палыч и тот буквально оскорблен, а вот обломки продолжают тупо сметать метлами, как на каком-нибудь Гран При Париж-Реймс эпохи чугуна и пара.

Зато в плане пейс-кара оригинальная находка – торжественный парад участников непосредственно через пит-лейн. Смотрится свежо и необычно, но лучше не злоупотреблять, иначе очень скоро особо ушлые команды научатся менять резину на малом ходу, и придется плодить новые штрафы да запреты.

46-й круг. Пока пейс-кар беззаботно катается по пит-лейну, с которого только что выпустили Кими, пообещав притом, что то, без чего гоняться бессмысленно, все равно работать не будет, Хэмильтону машинально сообщили из боксов, что они все еще рассчитывают на победу в этой гонке. Поржал, кажется, даже сам Люся. Боксы подумали-подумали, но поскольку привычка сила страшная, позвонили немного вперед, Росбергу, и с тем же заявлением. Поглядев затем на пару кругов после рестарта, пришлось перезвонить и извиниться, что ошиблись номером.

На 49-м круге дают тот самый рестарт, Коля стремительно обгоняет разваливающегося Райкконена, но Феттель немедленно возобновляет свои бесчинства, будто это старый добрый Рэд Булл. В свою очередь, Люся вступает в сражение с новым недобрым Рэд Буллом Риккьярдо, сталкивается с ним, повреждает крыло и зарабатывает проезд через пит-лейн. Новые британские чемпионы, это что-то.

52-й круг, Мальдонадо получает следующий штраф – за превышение скорости на пит-лейне во время заезда на предыдущий штраф. Он вас всех еще переживет.

Круг 55. «Мне так жаль, мне так жаль», скулит Люся, хотя об этом надо было думать лет двадцать назад. «Не переживай, Льюис, мы в каких-то паре десятков секунд от очков», свыклись с новыми реалиями боксы. ВВС понуро бродит по пит-лейну, всем отказывая в интервью.

Круг 56. Кими окончательно заруливает в боксы. Случись это кругов на 20-30 ранее, и в стане многочисленных финских болельщиков воцарилось бы уныние. Однако спустя полтора часа после старта там уже в основном царит глубокий сон. О происшедшем они узнают уже завтра из газет.

Круг 57. Алонсо шестой, Баттон восьмой! И ведь в итоге сместить их с этих высоких позиций удалось лишь двум Мерседесам! Вот это прогресс.
А проблемы теперь и у Сайнца. О, опасный момент! Замедляющийся болид настигает и вчистую обгоняет торопящийся с очередного штрафа Мальдонадо. Если испанец смотрел в этот момент в зеркала, у него, наверно, вся жизнь перед глазами пронеслась. А Пастор его, наверно, просто не заметил.

Круг 61. После происшедшего нервы у Сайнца ни к черту и он сходит. В это же время Люся неудержим, и с легкостью рвет поочередно, загибаем пальцы – Насра, Эрикссона, Баттона и, кажется, даже Грожана. Да, товарищи телезрители, таким прорывом можно заткнуть всех своих критиков. Великий чемпион велик и в мелочах.

Круг 63. А вот и обещанная австралийская жопа. Насмотревшись на всеобщий бардак, Риккьярдо пробивает колесо Росбергу, после чего оба отправляются в боксы, даря Люсе возможность увеличить свой отрыв даже после такой гонки. Спасибо, Дэн, ты принял посильное участие в вытягивании Люси за уши на уровень его кумира.

Круг 65-й. Под занавес Квяту дают десять секунд штрафа не пойми за что, но его отрыв куда больше, так что рисков никаких. Наверно, потому и дали. Одновременно свой новый штраф примерил Мальдонадо, причем, кажется, в его случае судьи просто уже перестали сообщать, за что. ФИО достаточно.

Круг 69 – И таки Феттель выигрывает Венгрию! Ну Фитиль, ну опять зажег. И тоже теперь кое в чем сравнивается с Сенной, но это как-то больше похоже на правду.
Квят с Риккьярдо также совершают невозможное, а Люсе удается еще оторваться от Коли. Восприявшая духом ВВС хватает Арривабене и пытается узнать о его впечатлении о гонке и победе Феррари. «Честно говоря, я вообще не понял, кто это сделал-то, он или мы тут», признается впервые смущенный синьор Маурицио.
«Не понял он…это я вот не понял, какого черта что это было!», раздается со второй половины красных боксов.

В общем, не зря, не зря они туда съездили. А вот кто куда съездил зря, так это Баттон со своей япономамой в Сен-Тропез, значит. Как известно, они там подверглись ограблению, причем высокотехнологичному – в кондиционер их номера закачали некий дихлофос, ввиду чего измученная непрерывным спортом звездная пара временно отключилась, позволив ворам беспрепятственно шариться в их скромных пожитках.
Кстати, преступникам повезло. Не только оттого, что их до сих пор не поймали. Но и потому, что попади они этим своим газом не в номер Баттона, а в номер Монтойи, сами бы звали потом полицию, дабы спастись от этого клуба веселых и обдолбанных.

Вот такие дела. Засим малочисленная, но дюже болтливая редакция начинает неторопливо собираться в отпуск, так что до встречи в сентябре.

© Mad Max
© Berni.ru
© Все права защищены. Любое использование данного материала без ссылки на автора и ресурс запрещено, и является нарушением авторских прав.