Top.Mail.Ru

Мрак Уэббера

Сезон завершился на немного грустной ноте и засим пришло время пополнить зал славы. Проще говоря, все равно сейчас писать больше не о чем, так что займемся.

Марк Уэббер родился…да-да, родился. Даже такие твердые парни изначально появляются в виде бледно-розовой слюнявой фигни, как и все остальные. Это относится даже к тому, который оттуда. Правда, у тех, что оттуда, инкубационный период на воле длится, кажется, даже не дни, а минуты, и не успеешь глазом моргнуть, как они начинают обрастать по всей окружности. Зато в этот счастливый период, пока они еще маленькие, но уже щетинистые, их можно применять в качестве губки. Если бы там хоть что-то мыли.

Да, так вот, биографию Марка составляли простые австралийские парни, поэтому там так и сказано, без лишних загогулин – Марк, сын Алана, который торговал мотоциклами. Дело было в, извините, Куенбуяне, или как-то так, в общем в Новом Южном Уэльсе, если кому вдруг понадобится. Как дела обстояли в первые годы, нам неизвестно – то ли Марк был на удивление тихим ребенком, то ли Австралия слишком далеко.
В своем же родном Куенбуяне он закончил, ни много ни мало, Карабарскую среднюю школу, что выгодно отличает его от будущих коллег по цеху, которые с пеленок предпочитали биться головами о всевозможные столбы при помощи купленных родителями картов. А вот Марку в детстве никто ничего не дарил, поэтому он уже с ранних лет был умным, но суровым, как и все куенбуянцы, да еще и с карабахским, пардон, карабарским образованием. Натуральный, в общем, Карабас, но Себа молодец, не испугался.

Тем не менее, свой путь в далекий мир Формулы-1 Марк начал с самого детства, пусть и с немного неожиданной стороны, вступив в должность специального мальчика для подачи мячей в премьер-лиге местного чемпионата по рэгби, где он и набирался опыта в конце 80-х.
Возможно, что именно здесь, чрезмерно увлекшись подачей мячиков, Марком и было утрачено то нечто ценное, из-за чего ему не удалось затем раздавить еще в зародыше Феттеля, когда тот прямо под боком начал с угрожающей скоростью цвести и пахнуть. Что-то такое, что путем шишек и синяков вбивалось на картодромах в головы известных всем персонажей, ставших затем признанными титанами автоспорта, несмотря на все свои косяки, от неистребимого перегара до плохой физической формы. Вернее, не плохой, а скорее рыхлой. Но и это все в прошлом, благодаря страсти американцев к созданию терминаторов.

Уэббо, надо сказать, тоже довольно быстро понял, что с мячиками пора завязывать, и начал робко намекать папаше про свое новое увлечение, постоянно смотря все телепередачи про Алена Проста, который был тогда его кумиром. Конечно, в то время Марк еще не знал, что этот четырехкратный чемпион не последний четырехкратный чемпион в его жизни, поэтому он искренне восхищался Профессором и его победным марафоном. Наверно, он бы очень тогда удивился, скажи ему кто, что четырехкратные могут сильно раздражать.

Папаша оценил увлечение сына (тут всем гонщикам везет просто скопом и по все стороны океанов – в какой бы финансовой заднице не сидели их родители, но буквально последний кокаин готовы променять на колеса сыну). В нашем же случае папа, как мы помним, торговал мотоциклами, поэтому первый болид Марка оказался двухколесным.

В знаменательном эпохальными событиями 1991-м году Марк тоже совершил небольшой личный переворот, пересев все-таки на четырехколесную технику. Следом, как принято, последовали различные успехи и победы, включая гонку поддержки перед настоящим Гран При Австралии-95, в самых разных чемпионатах, которых в далекой Австралии, оказывается, полным-полно.
И так бы и гоняться Уэббычу на своем Зеленом Континенте, если бы не неожиданное, но приятное знакомство с девушкой по имени Энн Нил.
Энни оказалась на редкость ушлой девахой – вместо того, чтобы просто переспать с восходящей звездой и потом всем хвастаться, та подписала его аж на семилетний спонсорский контракт с местными Желтыми Страницами и бросив отчий дом, отправилась вместе с ним покорять Европу.
Если судить по выражению лиц на пресс-конференции, то руководству австралийских Желтых Страниц было не очень понятно, зачем им реклама в Европе, но было уже поздно – парочка упорхнула вместе с деньгами. Забегая вперед, скажем, что Энни и в Старом Свете не растерялась – Марк не успевал и глазом моргнуть, как оказывался во все новых и новых гоночных сериях, в то время как сама Энн мягко, но твердо выстраивала быт, совместив свои обязанности личного менеджера с преимуществами боевой подруги индейца.
Оказавшись, само собой, в Великобритании, австралиец сразу же привлек к себе внимание всех тех, кто постоянно обращает внимание на всех подряд, и в 1996 году был уже почетным обладателем звания «Юный достиженец» (Young Achiever) и «Международный достиженец» (International Achiever).

Пообжившись слегка в старушке Европе, Марк быстро понял, что недавно слышанные им где-то россказни парня по имени Моня про здешние дикие цены, езду на трамвайной колбасе и постоянно навязчивое чувство голода вовсе и не россказни. Денег не хватало постоянно, особенно когда очевидные спортивные успехи, неподкрепленные материально, привели к следующей ступеньке в виде Формулы-3.
Стыдливо пряча в кокпит штопаные носки своего деда, Марк все же принял участие в этом престижном соревновании и уже в четвертой гонке, в Брэндс-Хэтч, одержал свою первую победу, лидируя от старта до финиша и попутно поставив рекорд трассы. Такое даже Феттелю не всегда удается. Несмотря на это, в середине сезона Уэббыч едва не покинул даривший славу чемпионат, так как кончились последние деньги от Желтых Страниц, а поскольку, вопреки ожиданиям, из Европы им никто так и не позвонил, на большее далекий австралийский справочник развести не удалось.
Как вспоминают современники, молодой подающий надежды мужчина и его девушка собирались уже грызть на ужин взятый на память кусочек от Большого Барьерного рифа, как неожиданно выручил папик. Тот встретился с легендой австралийского рэгби Дэвидом Кампезе и неведомым образом смог так быстро убедить того в таланте своего сына, что уже на следующий день Дэвид расстался с внушительной частью своего состояния, телеграфировав в далекую Англию аж 50 000 полноценных фунтов. Карьера Марка была спасена.
Кстати, сам Уэббер впоследствии вспоминал, что с годами сполна вернул Кампезе эти деньги, однако тот до сих пор этого не подтвердил.

Как и предполагалось, сытый Марк выступал еще лучше голодного и по ходу сезона 1997 года к нему обратилась сама команда Mercedes-AMG, с просьбой произвести на них впечатление. Уэббер как чувствовал и поначалу отказал супостатам, однако немцы народ педантичный, и в конце года Марк послушно утюжил А1-Ринг, где и произвел то самое впечатление.
Под этим самым впечатлением Уэбберу был доверен сильно навороченный прототип Mercedes CLR, который хоть и напоминал внешне камбалу с прищемленным яйцом, но возможностями обладал Марку доселе невиданными. Да и не только ему, как позже выяснилось.

Поначалу все шло хорошо, и в сезоне-98 он с напарником занял второе место, выиграв аж половину гонок на разных континентах. Однако второй экипаж Мерседеса в виде Рикардо Зонты и какого-то Людвига их все же опередил – видимо, они выиграли оставшуюся половину, но она оказалась половинистее.
На следующий сезон Марк, понятное дело, принял приглашение продолжить, раз уж процесс, как неоднократно верно отмечал Михал Сергеич, пошел. Растроганный Мерседес дал ему за этой собственный отдельный болид, без напарника.

Однако все хорошее рано или поздно кончается, если только вы не Феттель. Так и тут – перед этапом в Ле-Мане на болидах Мерседеса проявились те самые неожиданные для всех возможности. На прямой Мюлзан у стремительного Мерседеса будто бы вырастали крылья, и он красиво взмывал в воздух, ставя рекорд круга как минимум по высоте. В результате Уэббер, едва став одним из редких австралийских автогонщиков мирового класса, дважды подряд оказался первым австралийским автопилотом всех классов.
Поскольку в день гонки тему подхватил и его напарник Петер Дамбрек, неожиданно отправившийся вслед за дикими гусями на пятом часу гонки, Мерседес счел за благо свернуть лавочку до конца сезона, пока скандал не рассосется. Благо ФИА в это время была страшна занята, задом чувствуя, что летать над трассой это западло, но будучи притом не в силах найти соответствующую статью в своем УК.

Со своей стороны, Марк принял решение завязывать с этим головокружительным видом спорта, подобрав себе что-нибудь менее душераздирающее. Уэббыч тогда еще не знал, что как ни запутывай следы, меняя трассы и команды, но спустя много лет на его пути окажется неприметный человек по имени Ковалайнен и все повторится сначала. Как говорится, от судьбы не уйдешь.

Тем не менее, с трехлучевой авиацией или без, но как случается и с большинством подающих надежды гонщиков, Марку пришла пора сменить успехи младших серий на разочарования в королеве автоспорта.

Уэббер пошел с правильной фигуры, обратившись за помощью к Эдди Джордану. Эдди, даром что родом не с Одессы, обладал потрясающими способностями договариваться, доставать, устраивать на теплое место и вообще у чувака обширные связи в паддоке. Что-то вроде Экклстоуна, только с ирландской душевностью.
Так вот, поскольку Эдди был единственным счастливым обладателем модели по имени Джордан, отказать ему было сложно. Посему буквально сразу же Марк оказался под крылышком у соотечественника Стоддарта, который не только запихал его для разминки в Ф3000, но и гарантировал ему аж миллионный бюджет.
Далее последовало затяжное жонглирование Уэббером промеж Ф3000 и тестами в Ф1, и предсказать дальнейший ход его карьеры представлялось делом нелегким. Однако тут в судьбе Марка случилось два счастливых случая – во-первых, тяжкий крест спонсорства из рук изрядно пожелтевших страниц перехватил здоровый во всех отношениях Foster’s, главное пиво всей Австралии, Океании и Микронезии, когда оно до них доплывает. С учетом того, что логотипами Фостерса увешана половина трасс Формулы-1 по всему миру, Уэббыч получал в свою пользу аргумент сродни танковой дивизии при демаркации чьей-нибудь границы.
Вторым подарком судьбы стали тесты за Бенеттон в 2001-м году в Эшториле. Вернее, не сами тесты, а принявшие в них участие такие звезды пелетона, как Джанкарло Физикелла и особенно Ральф Шумахер. Без труда стерев их в дорожную пыль, Марк произвел такое впечатление на Флавио Бриаторе, что тот пошел путем Джордана и опять сплавил Уэббера Стоддарту. Правда, в отличии от веселого ирландского ловеласа, Флав обычно суров как Берлускони, и более никаких фокусов с Ф3000 – с 2002-го года Марк однозначно стартует в составе Минарди, став первым после Дэвида Брэбема австралийцем в Формуле-1. Судьба и тут подарила Марку благосклонный фон для сравнения, так как выступить хуже Дэвида вряд ли смогли бы не только австралийцы, но и новозеландцы и даже обитатели Кирибати и Соломоновых островов, хотя там машина не на каждом острове и поместится.

2002

Как вне зависимости от религии все обязаны помнить, Марк в первой же своей гонке в родной Австралии превзошел все ожидания – и свои, и чужие, и даже возлагавшиеся на других пилотов. Вообще, зная теперь всю его карьеру и особенно историю выступлений на родной земле, трудно понять, чем его тогда так вставило.
Кто все-таки поимел смелости забыть, вкратце подвиг австралийца выглядел следующем образом. Еще на квалификации Марк выступил достойно, сразу же занявши восемнадцатое место, в итоге вдув не более четырех секунд поулу. Притом своему блистательному напарнику Алексу Йонгу (еще один подарок судьбы или это опять Эдди подсуетился) Марк сходу привез секунды две с половиной, после чего Малайзия вновь официально вернулась в число стран третьего мира.
На старте гонки два недюжинных кудесника руля и педалей, Ральф да Рубенс, проявили неожиданную твердость по отношению друг к другу, в результате чего сошло сразу восемь машин. Уэббер в завал попасть не успел, так как проспал первый же старт в своей карьере, по официальной версии – из-за барахлившего лаунч-контроля. В любом случае, Марк явно сделал правильные выводы из происшедшего и в дальнейшем старался принимать старты столь же взвешенным, дальновидным образом. Ну а тогда Уэббо блеснул от рестарта и до самого финиша – обладая машиной со сломавшимся дифференциалом (КЕРС у него тогда не ломался, потому что его еще не было), он успешно выставил идиотом любимого нами Мику Сало на Тойоте.
Пятое место в дебюте на Минарди, это даже Феттелю не снилось, с этим может сравниться разве что Баумгартнер, что ли, который на чем-то подобном лидировал целый круг, после чего его вообще выгнали из Формулы-1 от греха подальше. Нам монстров не надо.
Завоеванные Уэббером два очка так и остались единственными для Минарди за весь сезон, зато они стали не только первыми с 1999 года, но и позволили опередить в зачете и Эрроуз, и ту самую Тойоту. Это был случайный, но красивый ответ бедных, но гордых частников-энтузиастов бездушной азиатской корпорации, надеявшейся задавить соперников деньгами, заработанными на продаже унылых представителей мирового автомобильного ширпотреба. Во как.

Более, правда, вспомнить про тот сезон особо нечего, разве что на жарком Гран При Венгрии Уэббер за два часа потерял лишних два килограмма своего тела – сломалась бутылочка с питьем, и Марк начал стремительно испаряться. Сам он потом признавался, что почувствовал себя как в детстве, когда сбежал от мамы в Большую Австралийскую Пустыню, и искали его там долго, потому что она реально большая и очень жаркая, поэтому искать старались ночью.

Но и сам Марк поимел гешефт с этих двух очков такой, как с удачно выбранного сектора «Приз» на «Поле чудес» — он стал всем Года, кем только можно стать – там тебе и новичок, и мужчина, и открытие. А известный журналист Петя Виндзор так вообще сравнил Уэббыча с Мэнселлом по количеству «чистого, незамутненного таланта».
В довершение всего было объявлено, что со следующего года Марк переходит аж в сам Ягуар, где у него будет напарник со вкусной фамилией Пиццония.

2003

Карьеру в Ягуаре Марк начал не то чтобы блестяще, сойдя в домашней гонке. На следующей, в Малайзии, и вовсе пришлось попотеть. Сначала что-то накрыло Физикеллу и тот попробовал на стартовой решетке сдать назад, аккурат в Ягуар Уэббыча. Только Марк счастливо избежал контакта со сбрендившим итальянцем, как ему прямо в рожу разрядился его собственный огнетушитель. Не сломленный всем этим Марк все равно держался на восьмой позиции, с трудом видя трассу через пену, но был вынужден покинуть таки гонку, когда из машины вытекло все масло.
Зигзаги гоночной фортуны продолжились на следующей же Бразилии – поначалу все было довольно круто и Марк лидировал на дождевой квалификации, опережая местного кумира Барика, к горю трибун. Вот вам типа за Австралию. Показав в итоге лучший для себя и всего Ягуара третий результат в субботу, Марк весь вечер видел в зеркале черты как минимум Шумахера.
Повторяя затем во время гонки известный прием старого мастера, Марк смело ворвался в последнем повороте с подсыхающей траектории в близлежащую большую лужу, дабы остудить дождевую резину. Так Шухер не раз делал и выигрывал, по ящику ведь показывали. Однако сто раз ведь говорили миру – не повторяйте дома то, что видели по телевизору.
Последовавшая тут же резкая потеря сцепления колес с дорогой настолько ошеломила Уэббыча, что из задумчивости его вывел лишь отбойник пит-лейна, по которому он в том момент со всей дури прокладывал борозду, орошая окрестности обломками британского гоночного зеленого. Ягуаровские сувениры тогда достались командным мостикам буквально всего пелетона.
С тех пор, как только начинался дождь, Марк любил быстренько выскочить из машины и собрать всех остальных прямо на трассе на небольшой митинг про безопасное вождение, дабы заболтать оставшуюся гонку до двухчасового лимита.
Кстати, своим оторванным колесом Марку удалось попасть тогда еще и по Алонсо, болид которого после серии метких ударов о стены превратился в некое подобие туманности в гоночных цветах Рено. После этого Фернандо с Марком почему-то стали друзьями. Что до судей, то они гонку остановили, хотя у Уэббера обломков было еще завались. Причем в итоговой классификации Марк попадал на очковое седьмое место, но опасаясь, что это послужит дурным примером новичкам, того передвинули на девятое, удобно сославшись на траблы с таймингом.

Дальнейшие пять-шесть гонок прошли довольно заурядно – в четырех подряд Марк сошел, в Испании отобрал у кого-то пару очков, в Англии едва не сбил выбежавшего на трассу сумасшедшего пастора, в Германии вылетел на последнем круге, в общем сезон как сезон, ничего особенного.
Руководство тоже осталось довольно, подписав еще до конца сезона новый контракт сразу на два года, а также, по примеру Минарди, поменяв Марку напарничка, сменив Пиццонию на Уилсона.
Молодой горячий Джастин смело взялся за дело, набрал одно очко в Штатах, собрал кучу голосов за себя в интернете и был в итоге стремительно выгнан – непонятно для чего меняя шило на мыло, партнером австралийца на 2004-й год назначили Кристиана Клина.

2004

Этот трудовой год Марк начинал с очередным титулом, Открытие года-2003, и дабы не ломать складывающиеся на глазах традиции, немедленно сошел в своем домашнем Гран При.
Домашние неудачи всегда особенно вставляли Уэббера, и в Малайзию он приехал во всем своем великолепии. Сенсационная квалификация позволила ему разбить пару бессовестно доминирующих Феррари, даже если позади остался лишь тот, про кого все и подумали.
Начало такой многообещающей гонки тогда еще малоопытные австралийские болельщики встречали стоя, однако не менее сенсационный старт Марка отправил его в середину второй десятки еще до первого поворота.
Но если уж конь настроен на бой, ему все борозды нипочем. Один круг и вот уже Марк на девятом месте, где затевает сражение с бюджетной версией Михаэля для аутсайдеров, Шумахером-младшим. Последнее, что можно делать с Ральфом, так это с ним сражаться, это сам Михаэль понял еще семь лет назад на Нюрбургринге.
Расколотив об непонимающего законов траектории Ральфа нос и колесо, Марк поплелся в боксы, но запал еще не иссяк. Стараясь отыграть как можно больше, он начал это прямо с пит-лейна, соответственно заработав до кучи бонусный проезд за превышение. Борьба с окружающим злом завершилась на 23-м круге вылетом в гравий. Половины гонки не прошло, а как много всего успел!

Последующие полгода Марк в основном сходил, периодически финишируя в размере одного-двух очков. Более запомнилось Монако-2004, хотя казалось бы, куда уж больше. Здесь у Уэббера был свой, отдельный от тоннеля, праздник – сначала у него в практиках два раз сгорел мотор, причем во второй раз он научился тушить его сам, потому что, как было сказано, не смог найти ни одного маршала, желавшего помочь. Т.е. маршалы были, но не до того им. Море-солнце, курорт. В общем, напрактиковался.
А на самом деле маршалы просто опытные люди, за версту чуят – в гонке мотор у Уэббыча снова накрылся, так что зря парился.
А вот в Гран При Европы Марк выступил куда удачнее – свое одно очко аж утроил. А заодно взбесил Шумахера, что еще ценнее. На пит-стопе Марк, будучи круговым, выехал впереди маэстро, но забыл шарахнуться в сторону. Шумахер затем собрал привычную пресс-конференцию для обличительной речи. Выслушав его комментарии, Марк твердо посмотрел Михаэлю в глаза и пообещал, что в следующий раз сделает точно так же. С тех пор немец австралийца больше не критиковал.

В Канаде у Марка случилось некоторое разнообразие, когда с трассы его выбил собственный напарник. Хотя уже в последовавших Штатах все вернулось на круги своя, когда из машины привычно утекло масло. Но куда интереснее было далее, когда раненого в очередной схватке за позицию Ральфа заменил в его команде как раз-таки бывший напарник Уэббыча, Антонио Пиццония.
Тот сразу обвинил бывших работодателей в фаворитизме к Марку, в частности в том, что Уэббер получал новые детали раньше Пиццы. Руководство Яугара занялось привычными опровержениями, Марк же выразил свое отношение по-австралийски – всю следующую гонку молча провисел исключительно перед носом у Пиццонии, заодно таким случайным образом удвоив свою очковую корзинку.

Несмотря на убедительную победу над этим нытиком, перспективы австралийца снова едва не затуманились – в конце года команда Ягуар выразила вполне обоснованные сомнения в собственном смысле на следующий сезон. Поскольку никто эти сомнения развеивать не стал, руководством было принято решение разбегаться.
Марк попытался было провести несколько бессонных ночей, но под боком всякий раз оказывалась верная подруга-менеджер, и вскоре у Маркыча в руках был контракт на 2005 год в Уильямсе.
Обретя моральное равновесие, Уэббер попытался красиво завершить последний для себя в Ягуаре и для Ягуара в Формуле-1 сезон. В Японии вышло не очень – поначалу болид австралийца действительно числился в подающих надежды чуть ли не на подиум, однако затем салон его Ягуара начал необъяснимо нагреваться. Марк долго и самоотверженно поджаривал задницу, не теряя волю к победе, однако когда из кокпита потянуло хорошо поджаренной яичницей, Марк был вынужден спасаться в боксах ради будущего австралийской нации. Разбредавшаяся потихоньку команда попробовала, тем не менее, провести исследование причин неожиданного скачка температуры. Исследование однозначно указывало на дефект печки, но поскольку печки в машине обнаружить не удалось, дело замяли и разошлись по домам.
Красивое завершение сезона все же удалось, на самой последней гонке в Бразилии, причем при помощи напарника. Видимо, не решаясь выразить свои чувства на гражданском языке, Клин от души въехал в бок Уэбберу, когда тот попытался заехать на ранний пит-стоп. Удар был безупречен, и поскольку в отличии от Кими, Марку уезжать было некуда, остаток гонки он злобно просидел на травке в районе первого поворота, наблюдая за финишем Клина на четырнадцатом месте.

2005-2006

Освободившись таким образом от Ягуара даже немного раньше времени, Марк строевым шагом отправился на предсезонные тесты в Уильямс. Там, тем временем, ломали голову над выбором напарника австралийцу, что уже стало доброй традицией.
Закавыка состояла в том, что изначально старина Фрэнки планировал возвращение блудного сына из БАРа, который будучи почти еще ребенком, так ему понравился. Однако сын продолжал блудить со страшной силой, и устав таскаться по судам еще неизвестно для чего, на Баттона махнули рукой. Выбор теперь стоял меж двух столпов, Хайдфельдом и неистребимой Пиццонией.
Увидев до тошноты знакомую рожу, Маркыч не выдержал, и припомнил тому все наезды, обозвав того вруном, лузером и еще некоторыми словами, значения которых Пиццония не понял. В англоязычном Уильямсе же все прекрасно поняли, и покраснев, сделали Марку замечание. Тем не менее, после такого приема рисковать с Пиццонией команде расхотелось, и в напарники Марку попал очередной серьезный соперник в виде Ника. Пиццония же ушел не только несолоно хлебавши, да еще и оплеванный по самый бантик. Ну так ему и надо, нашел на кого батон крошить. Человек из самого Куенбуяна, между прочим.

Многие должны помнить, что последним австралийским чемпионом стал Алан Джонс, причем как раз на Уильямсе. Посему появление там Уэббера вызвало неоправданное головокружение от будущих успехов, докатившееся вплоть до Стоддарта, пообещавшего соотечественникам первую победу Марка в наступающем году. Соотечественники восприняли идею на ура и в ожидании выдули рекордное количество Фостерса.
Даже Сэм Майкл вполне серьезно предсказал первый титул Уэббера именно в Уильямсе, хотя уж кто как ни он должен был знать ситуацию изнутри.

Но как ни старался Марк, как ни боролся, как не врезался и не вылетал с нужными соперниками, ничего не помогало. И дело не столько в нем. Просто в 2005-м году, впервые после долгих застойных лет, пошел настоящий дележ наследства Шумахера промеж изголодавшихся коллег. Не говоря уже о захватывающем процессе адаптации Хуана-Пабло к МакЛарен-Мерседесу, и как-то всем было не до Уэббера, при всем уважении. А годом спустя не просто бомба взорвалась, а целая бомбежка случилась со всех сторон – Шумахер заявил о своем уходе, Рон Деннис заявил об уходе Мони, а Моня заявил о том, что Деннис козел. В общем, дел и так хватало.
Но если не страдать о журавлях в небе, то и здесь Марку будет что внукам рассказать.

Например, тот сезон Марк начинал с поломанным еще на тестах в Барселоне ребром, но промолчал, дабы «не поднимать лишнего шума из-за пустяков». Пустяков добавил врезавшийся в него во второй гонке Физико, пытавшийся совершить обгон по своему личному разумению. Тем не менее, Уэббер довольно быстро зализал раны и даже не стал бить Физика – тот ведь не знал, с какого бока можно врезаться, а с какого нет.

Чуть позже, на Гран При Европы, Марк вошел в клуб тех, кто по своей инициативе сталкивался с Хуаном-Пабло. Причем в этот раз Монти, кажись, даже не стал закатывать скандал, что говорит о глубокой проницательности колумбийца, несмотря на его обманчиво ларечную внешность.

Еще пара-тройка гонок и на Гран При Турции австралиец, как и обещал, влетает в филейную часть Михаэля Шумахера, который вздумал было баловаться перед ним сменой траекторий. После этих двух достижений Марк окончательно входит в число авторитетов Формулы-1.

Во второй половине сезона, когда чрезмерно хрупкий Хайдфельд пострадал в одной из заварушек, команда Уильямс продемонстрировала английский юмор во всех его тонкостях, позвав на замену не кого-нибудь, а Пиццонию. Уэббо сжал зубы, но пообещал честную борьбу с напарником.
В первой же очной схватке, в Италии, Марк продул Пицце, попав в завал на старте. В последовавшей Бельгии (чего-то биографы с календарем напутали, но не будем спорить) ситуацию поправил Моня, пожелавший столкнуться с Пиццонией на последних кругах.
В Бразилии в спор вмешался миротворец Дэвид Култхард, ловко поддевший Пиццу так, что он немедленно врезался в готовившегося к бескомпромиссной борьбе Уэббера.
Решив после Бразилии, что теперь уж точно хватит, Уильмс объявил о приеме на работу безвредного Росберга, который стал седьмым напарником Марка за четыре года.
В следующем сезоне, ставшим последним для Марка в английской команде, дебютный Гран При проходил не в Мельбурне, а в Бахрейне, поэтому Уэбберу не пришлось сходить и он финишировал вполне себе в очках, буквально повторив свой дебютный успех. Само собой, через две гонки, в Австралии, Марк сошел по механическим причинам. Вот такие там родные стены.
Да и остальной сезон протекал так, будто все гонки в Мельбурне проходят. Завершился год столкновением с Росбергом в Бразилии, что подтвердило факт, что целых напарников Уэббер позади себя не оставляет.

Последний привал (2007-2013)

Несмотря на решительно ухудшающиеся результаты, Уэббер почему-то очень хотел и дальше оставаться в Уильямсе. Может, привлекала богатая истоиия команды, а может, влюбился в Росберга.
Фрэнк, не решаясь сказать парню с таким волевым подбородком что-либо в лицо, вилял как мог, предлагая тому гонорары все меньше и меньше. Марка это не смущало, и лишь вмешательство Бриаторе, которому стало неудобно, что его подопечным платят как дворникам, вывело Уэббыча на оперативный простор.
Самому австралийцу на этом просторе было неуютно, но Флав, применив свои фирменные манипуляции, довольно быстро нашел тому место, причем не у себя в Рено, а в пока еще скромном Рэд Булле, хотя уже и с Ньюи. Причем как Марк обязан по гроб жизни Бриаторе, так и Рэд Булл обязан им вообще обоим – по слухам, Флавио удалось втиснуть туда Уэббера, лишь пообещав в нагрузку свеженькие моторы Рено.

Конечно, у Эдриана Ньюи обычно проходит некоторое время, прежде чем от абстрактных чертиков на полях тот всерьез переходит к проектированию машины, и сезоны 2007-2008 в исполнении Рэд Булла еще не предвещали ничего плохого для остальных. И все же для Марка это были последние безмятежные сезоны, которые он откатал в полной гармонии с приятным во всех отношениях Култхардом, который работе с механиками все более и более предпочитал вечерние фотосессии в модных нарядах. С девчонками.

Тем не менее, уже по традиции последние гонки 2007 года вышли у Марка бодренькими, не каждому и пожелаешь. Особенно бросающая пилотам настоящий вызов Япония, где эти вызовы посыпались на Марка со всех сторон.

Ближе к концу гонки австралиец шел впритык за Люсей, имея все шансы того и обогнать и даже вовсе победить. Однако ненароком появляется пейс-кар, все послушно строятся в шеренгу…но тут у Люси резко что-то зачесалось, тот задевает лапой за тормоз, МакЛарен неожиданно замедляется, Уэббыч в ужасе жмет на все подряд, едва не цепляя юное дарование, и в этот момент случается его первое знакомство с еще более юным Фитилем – дите, по ходу, вообще не смотрело на дорогу, от души влетев Марку в задницу.
Не добавляло настроения Марку и то, что эту гонку он начинал с пищевым отравлением, и во время первого пейс-кара уже успел наблевать себе в шлем. А это оказалось похуже сломанного ребра, да еще и радио сломал. Поэтому когда после его схода журналисты полезли с расспросами, Марк был краток: «Эти чертовы дети, опыта нихрена нету, лезут не пойми куда, в общем идиоты, которых давить надо еще в люльке». Маневры же Люси под пейс-каром были отдельно отмечены, как полное дерьмо, вызвав ожидаемую истерику британской прессы, которая и так уже была в том году издергана сверх меры происками Алонсо против отца и сына.

2008-й год прошел в том же стабильном духе – открыв год двойным, сначала в квалификации, затем в гонке, сходом в родных стенах, далее Уэббо потихоньку набирал очки, чередуя сильные квалификации со сходами в гонках по самым разнообразным причинам. Но поскольку в напарниках был все тот же Култхард, сильного отставания у Марка не было. В общем, на фоне всего того бедлама, который сопровождал двухлетние попытки сделать из мартыша чемпиона, в Рэд Булле той поры царила просто елейная атмосфера.

Но все хорошее рано или поздно подходит к концу, вот и Дэвид собрался на боковую. Едва проводив напарника после финальной Бразилии, Уэббер был ознакомлен с застенчивым смешливым мальчуганом, которого назначали тому в очередные напарники. Вихрастый на первой встрече вел себя почтительно и пастью без спросу не хлопал. Ничто не предвещало неприятностей.

2009-й начался несколько смазанно, когда Уэббо, будучи на велосипеде, произвел ДТП с пикапом Ниссан Наварра, весом тонны в три. Авария стряслась на острове Тасмания, который правительство Австралии выделило Уэбберу для его собственных триатлонов, Дженсу и не снилось. Посему сезон Марк встречал со стальными протезами в ноге, и не исключено, что вырезанных из остатков пикапа.
Австралия прошла в обычном духе – уже на втором круге Марк присоединился к веселой компании Ковалайнена, Сутиля и Хайдфельда, которые все вместе пытались избежать столкновения с Бариком. Барик про это не знал и потому ехал себе и ехал, в то время как все четверо озабоченных столкнулись между собой и успех эпохи Минарди опять повторить не удалось.

Тем не менее, то ли еще не прошел победной порыв после уничтожения Наварры, то ли Уэббер решил показать сосунку, кто в доме за старшего, но сезон девятого года шел у него на ура. Несмотря на ту машину, что создал хитрый Браун, Марк регулярно оказывался на подиумах, а на Гран При Германии наступил звездный час – первая с 1980 года поул-позиция австралийца, и сокрушительная победа даже несмотря на штраф за попытку одолеть второй Браун Рубенса непарламентскими методами. Марк мощно возвышался на подиуме, в то время как приехавший вторым Феттель мотал происходящее себе на никак не растущий ус.
И хотя чемпионом стал тогда еще мало кому симпатичный Баттон, Марк этот сезон закончил на подъеме, одержав в последней гонке свою вторую победу, и заполучив заодно новый контракт с командой.

Вообще, 2009-й год стал личным оскорблением для Эдриана Ньюи, который никак не мог простить себе, что фишку с двойным диффузором придумал не он, а какой-то жирный очкастый мужик с дурной репутацией. Соответственно, весь этот год Ньюи провел в боксах, яростно что-то рисуя и комкая, и на людях почти не появлялся.
Десятый год показал сразу же, что Ньюи лучше не раздражать. На созданной злым гением машине массового поражения Марк завоевал пять поул-позиций, выиграл четыре гонки, четырежды был вторым и два раза третьим.
Помимо этого, как уже упоминалось много страниц назад, на Гран При Европы Марк крайне неожиданно для себя столкнулся с эффектом торможения Ковалайнена. Сей эффект отправил того в полноценное сальто, по ходу которого Марк прихватил с собой нехилых размеров рекламный щит, после чего грохнулся обратно на трассу и продолжая поддерживать хороший гоночный темп, просвистел мимо ошалевшего Ковы в отбойник, с которым и слился воедино. После такого даже неукротимый Уэббер вынужден был сойти с дистанции.

Тем не менее, опять-таки впервые со времен своего сородича Алана Джонса, Уэббер возглавил зачет пилотов – хотя во все это трудно поверить после того, что было в последнюю пару лет. Еще труднее поверить в то, что с таким багажом достижений Марк в итоге все равно продул столь замечательный для себя сезон, причем не только оперившемуся напарнику, но и вечно пролезающему вперед на честном слове Алонсо. В оправдание Марку можно сказать, что заканчивал он сезон как и начинал, слегка помятым – последние четыре гонки он провел с трещиной в правом плече, последствия очередной покатушки на горном байке. Кажется, катание на велосипеде Марк тоже считает каким-то особенным вызовом.
По итогам 2010-го года Марку был вручен Трофей Майка Хоторна. Не вопрос, дело знатное, но почетная грамота от Клуба малой авиации подошла бы больше – самый яркий момент сезона все же был.

2011-й начался как подарок из-под елки – Марк повторил свой дебютный успех, приехав в Австралии пятым. Стартовал, правда, третьим, но это все мелочи. Особенно для Уэббыча, который может так старт принять, что хоть дистанцию ему сокращай.
Ну а в оставшиеся два с лишним года «формульной истории» Марка Уэббера впору вставлять биографию Феттеля, ибо затмил он все и вся, а самому Марку осталось рассказывать внукам о том, с кем ему не сильно посчастливилось выступать в этот нелегкий период.
И хотя бесстыжее рыжее недоразумение напрочь испортило Марку вторую половину его карьеры, тот, как говорится, всегда был всесторонне красивым человеком и карьеру свою закончил красиво, одним лишь непокорным снятием шлема послав всех бюрократов нынешней Формулы куда подальше.
Так что будем скучать. По самому Марку, по его неподражаемо австралийскому юмору, по его непередаваемо идиотским стартам, и по его так давно обещанному хуку справа, который так никому и не достался.

Ну и как принято, пару слов о личной жизни сегодняшнего героя. Герой живет в городке Астон Клинтон, в английской провинции. Но городок все же непростой, ибо как следует из его названия, там явно живут фанаты Билла Клинтона, ездящие на Астон Мартинах.
Живет он все так же со своей неугомонной подругой-менеджером Анной, так что тут поди еще пойми, кто именно решил, что Марку надоело в Рэд Булле и захотелось в Порше.
Помимо автоспорта, Марк очень любит катание на велосипеде, падения с велосипеда, теннис, фитнесс и прочий тренинг. Странно, что он ни разу не сталкивался с Баттоном – тот ведь тоже постоянно где-то поблизости прыгает да плавает, а Британия нонче не столь велика, чтоб двух таких серьезных мужчин бесследно переварить.
В теннисе наш Уэббер достиг особых высот – с 2002 по 2005 годы он почти единоличный победитель ежегодных кубков для «формулистов» Pro-Am, что проводятся в солнечной Барселоне. Лишь один раз, в 2003-м году, он уступил – таки вы будете смеяться, но этим человеком был Хуан-Пабло Монтойя. Но затем Марк-то продолжил побеждать, а вот Моня в это же самое время будто бы упал с мотоцикла, а потом вообще спешно уехал, совершенно забросив теннис. Ну теперь-то все стало ясно. А то мы всё на Денниса гнали.

Не чужды Марку и другие увлечения. Он вполне себе интересуется рэгби, равно как и обычным футболом, и в сумме болеет команд за десять сразу. Кстати, упертым фанатам на заметку – это отличный способ всегда оставаться в хорошем настроении. Марк также всерьез увлекается музыкой. Сам, правда, не играет, но слушает вообще все подряд. Оттого и вид иногда такой очумелый.

Теперь же, как всем хорошо известно, Уэббо готовится к новому, пусть и немного скучному, вызову в гонках на выносливость, и все уже были готовы за этим напряженно следить, но тут вдруг выпустили Ходорковского, и всем опять стало не до Марка.

© Mad Max
© Berni.ru
© Все права защищены. Любое использование данного материала без ссылки на автора и ресурс запрещено, и является нарушением авторских прав.

Вам также понравится

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.

восемь − три =

9 коммент.
  1. NKMSKV

    Столько буков, еле дочитал. Но все равно спасибо за ретроспективу.
    Будем ждать новых полетов Уэббера в следующем году :)

  2. Rommel

    Поржал от души, респект! » Вихрастый на первой встрече вел себя почтительно и пастью без спросу не хлопал. Ничто не предвещало неприятностей.» Вообще убило!!!! Спасибо за море позитива и с НОВЫМ ГОДОМ!!!! Всех читателей и почитателей — тоже!!!!

  3. Den

    Давно такого эстетического наслаждения от подобных материалов не получал, браво!:)

  4. anonymous

    Написал-таки! Ой спасибо, с огоньком написано, задорно и весело! Про ранние годы особенно интересно было. Респект Максу!

  5. Threepwood

    «с этим может сравниться разве что Баумгартнер, что ли, который на чем-то подобном лидировал целый круг, после чего его вообще выгнали из Формулы-1 от греха подальше.» — а разве это не Винкельхок был?

    1. Mad Max

      Очень может быть — я частенько такую фигню пишу…:)

  6. Master

    Спасибо, МэдМакс! Классная статья! Только что понял, что после уходов Палыча и ХайФая я в глубине души болел за этого австралюгу… С Новым годом!

  7. Kote999

    Спасибо Мах, классно, как всегда!
    С наступающим всех, читайте Маха и будет вам весело!

  8. Mad Max

    Ну да, хотелось мне успеть cо старым добрым Уэббычем до НГ, шоб там уже с чистого листа начинать, раз уж ФИА таких нам революций наделала. Всех с наступающим, коллеги, ну и держим кулаки за Шухера — удачи ему теперь, как никогда! Get well soon, Michael!
    Happy New Year!

Сайт использует легкие файлы cookies для комфортного общения. Это не больно. Принять